Клуб Любителей Эзотерики
14 Август 2018, 14:13:15 *
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?

Войти
Новости: Добро пожаловать в наш клуб! Здесь вы встретите интересных собеседников, найдете интересующие вас темы, сможете найти созвучные идеи. Мир Эзотерики открыт для вас!
 
   Начало   Помощь Поиск Календарь Войти Регистрация  
Страниц: [1] 2 3 4   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Творчество Нарелинна  (Прочитано 10249 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
narelinn
Гость
« : 23 Февраль 2011, 10:12:24 »

Нарелинн,   

Cпасибо 

Посмотрел несколько тем - вспомнил...

Безумие снов - Чужая жизнь - Переписчик

 В пещере было сухо. Тишина пыталась закрыть хранилище свитков. В стенах были вырублены специальные углубления для хранения. И все равно, время подтачивало свитки, дощечки и камни. Их приходилось осторожно и медленно вынимать, подправлять текст. Самые древние – переписывались. Переписывались также, как были написаны. Теми же самыми знаками, теми же самыми цветами. Лишь тушь, краску, каменные нити брали другие. Иногда, приходилось заменять и материал.

Сюда никогда не проникал свет. Неровное пламя свечей то тут, то там вырывало из темноты искаженные рельефы углублений. Сегодня мне придется переписать один из самых древних текстов. Осторожно, боясь разрушить, ставший хрупким от пыли времени камень, вытащил его наружу. Закрепил его на специальной подставке и, взяв новый камень, стал внимательно рассматривать его. Да, это такой же камень. Почти те же сколы и трещинки, те же вкрапления слюды и тот же рисунок. Мастера по изготовлению каменных листов потрудились не зря. Подумав, взял крайний из четырех резцов и присмотрелся к знакам. Они слабо мерцали на поверхности камня, и мне казалось, что чуть двигаются. Необходимо понять, как передать это движение знаков. Еще немного постояв в нерешительности, я протянул луч внимания к первому знаку. Он запел на непонятном языке. Я исчез из этого мира.

Не было ничего. Только Тишина и Белизна. Я был всем и ничем одновременно. Мягкое пульсирование. Движение. И вот я уже разделился на несколько частей. Каждый Я всматривался в то, что его окружало и в то, что когда-то было одним целым с ним. Раздробленность. Но не полная. Связь между отдельными Я существовала. Она крепла и приобретала все более четкие очертания. И вот возник узор. Каждая точка соединения была точкой, стремящейся к разделению. Узор рос. Стремительно менялся и приобретал новые и новые грани и связи. Возникали новые точки соединений и вновь делились. Вот появились яркие вспышки на однородности белизны. Белое стало делиться на цвета. Движение линий узора приводила к смешению цвета и оттенкам. Сначала это было лишь белое свечение разной яркости, затем, появились оттенки слабого голубоватого. Прозрачность цветов становилась плотной. Возник звук. И узор запел. Сначала тихо, потом все громче и громче. Музыка лилась сама по себе. Звуки гармонично выстраивались в определенные узоры, рассыпались искрами цвета и рисовали новые ветви узора…

С трудом оторвавшись от знака на камне, я взял чашу с водой. В горле пересохло. Перед глазами мелькали узоры из разных цветовых линий. Пришлось нащупать точку Тишины внутри себя. Успокоить свой ум и начать работу. Первый знак. Знак Рождения. Знак возникновения многообразия из целого. Знак, говорящий о том, что каждое рождение есть Новое состояние. Приобретение. Расширение. Знак рождения Божественного, которое осознало само себя.

2010-10-31
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #1 : 23 Февраль 2011, 13:21:08 »

Нарелинн, мне так это знакомо!

Я тоже была в пещере. Тепло, исходящее от факела...
Звучащая тишина...
Свет... Свет исходил от знаков, вырубленных на стенах пещеры.
Мне нужно было перенести эти знаки на бумагу. Это было практически невозможно, многомерность.... на лист.
Здесь, в этом мире я была физически "скована" до тех пор пор, пока не "списала" все знаки со стены.

Я возвратилась опять туда же...
Не забывайте, это всего лишь - сон. Один из многих и совсем обычный. У меня. Он не связан ни с какими физическими состояниями, кроме, пожалуй, одного - синестезии.

А у Вас, возможно - действительно реально существующее Знание. 
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #2 : 23 Февраль 2011, 13:34:02 »

Ушедшие за грань - Тем, кто меня учил и учит облекать в слова то, что я вижу.

Нечто, не имеющее ни какого образа. Тишина, переставшая быть тишиной и не ставшая звуком. Тьма и Свет потеряли свое значение. Яркий блеск Тьмы взглянул и вновь сомкнул свой взор.

Мы стояли напротив друг друга.

Луна скрылась. Затмение. Звезды рассыпались, как хрустальные бусинки. И появились первые аккорды звездной сонаты. Звуки становились все явственней. Звезды пели. Звезды звали. Звезды тянули в дорогу. Вот тело услышало Зов звезд. Отозвалось мелкой дрожью. Волна прокатилась снизу вверх и зацепилась за ноты звезд. Отразилась от них и принесла новую силу. Влилась в тело, и пройдя его, ушла в землю. Но часть осталась внутри. Потекла по рукам, заставила руки образовать с телом крест. Потоки все сильней и сильней уходили вверх и вниз, энергия звезд просыпалась в теле и, тонким лучиком скользнув по рукам, заставила их подняться вверх, к небу. Появилось спиральное вращение. Все закружилось, хороводы звуков и света сплелись в один бешенный танец, образовалась сфера. Вращение усиливалось. Все быстрее, быстрее. Я перестал быть. Исчез. Растворился в танце Света и Звука. Стал песней звезд и неожиданно потянулся вверх. Туда, откуда шел этот странный Зов. Зов, который я однажды услышал в детстве. Яркая радость стремительно осыпалась каплями дождя, вливалась в поток. Заставляла его ослепительно сверкать. Сила вырвалась на свободу. Сила творила Музыку. Музыка лилась яркими, воздушными, прозрачными красками. Рисовала узоры… Рядом мелькнуло Понимание и Любовь… Прозрачным звуком рассыпалась улыбка. Легкий полувздох образовал кристальную структуру и в мгновение разбил ее на брызги света…

Ушедшие за грань –  Творили.
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #3 : 23 Февраль 2011, 14:12:05 »

Звезды бросались вниз серебряными каплями звуков. В ответ – то тут, то там, вспыхивали неоновые огоньки. Ночь, своими пушистыми лапами, играла с городом.

Небо постепенно принимало игру, и начинало выбрасывать жемчужные мазки. Сумерки рассыпали самоцветы из росы. Прозвучали тихие нежные акварели первых лучей солнца.  Город открыл глаза.

Солнечные лучи звучали брызгами отражений, а ветер прятался между домами. Город смеялся.

Сочный закат прозвучал саксафоном и отразился рубиновым вином в небе. Город примерил вечернее фиалковое платье.

Звезда холодна.
Нити времени плетут
Жизни узоры.
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #4 : 23 Февраль 2011, 14:17:13 »

Черно-белая музыка

Высоко в небе медленно двигалась черная точка. Ее движение напоминало спираль. Но только напоминало. Вот она чуть застыла и медленно стала перемещаться в сторону.

- Тебе нравится наблюдать за полетом птиц? – рядом со мной прозвучал голос. Я повернул голову и увидел монаха.
- Да. Они так высоко и всегда спокойны. Небо меня успокаивает. Иногда мне кажется, что ничего больше не существует. Только синь неба.
- Это хорошо. Я хочу, чтобы ты посмотрел на узор, который будет перед тобой. Расскажи мне, что ты увидишь, почувствуешь. Все, что будет в момент, когда ты смотришь на узор. Ничего не упускай. Но перед тем, как посмотреть на узор, ты должен вспомнить, что ты чувствуешь, когда смотришь в небо. – тихо проговорил монах и внимательно оглядел меня.
- Хорошо. – я задумался, - смотреть сейчас? – удивление давно покинуло меня. В который уже раз меня просили сделать то или иное действие, посмотреть и рассказать что увидел, и всегда это было необычно немного и странно. И никогда мне не отвечали на вопросы. Лишь лица монахов становились от вопросов более не проницаемы, чем обычно. Да, Лехи здесь не было. Братец всегда подробно объяснял, зачем ему это надо и почему надо сделать именно так.
- Смотри в небо. Как только будешь готов – просто кивни мне. – ответил монах – И не нужно слов.

Монах сел рядом и закрыл глаза. Вся его поза говорила о расслабленности, но я знал, что это ощущение обманчиво. Мне ничего не оставалось, как снова окунуться в белесую голубизну неба.

Небо заполнило собой все. Оно опустилось и мне показалось, что я стал небом. Бескрайним, величественным и спокойным. Небом, которое окутывало землю, дарило ей защиту, тишину. Мысли исчезли. Осталась лишь музыка неба. Она звучала везде, наполняла меня звуками и пассажами, лилась на землю с высоты  и  проникала во все, что встречала на своем пути. Я исчез в небесных звуках и проявился во всем…

Яркая искра возникла диссонансом, и стройные ряды звуков разбились как стекло, упавшее на асфальт. Появилась резкая боль. Она оформилась в чужие ноты.

Вместо хрустальных звуков возникла тягучая тьма. Она сжималась и в конце концов превратилась в точку. Точку, которая решила, что  у нее есть «я». «Что это? Что? Откуда? Зачем?» - возникло в точке и стало биться, разрушая тишину. Изломы звуков рассыпались и становились нестерпимым высоким визгом. Больным, похожим на бабочку, бьющуюся о стекло. «Бабочка? Стекло? Я?» Воспоминание возникло во мне и заполнило ровным светом тьму. Но это уже не напоминало небо. Это была болезненная разделенность на нечто, что звалось мной и всем остальным… Я вспомнил, где я и что надо сделать…

- Достаточно. – тихо проговорил монах –  Посмотри на меня. Открой глаза. Ты сможешь повторить это состояние, глядя на узор, что я тебе сейчас покажу?
- Все в порядке. – ответил я и посмотрел на него – Надо посмотреть какой-то узор?
- Ты должен вспомнить состояние неба и увидеть узор. Сможешь вспомнить?
- Постараюсь.

Тихий шорох, сухие потрескивания, россыпь сероватых брызг. Я взглянул на монаха и перевел взгляд на землю. На сухой земле лежал узор из белых и черных камушков.

- Смотри. Но ты должен смотреть на него из состояния неба. Помни об этом. Смотри. – тихо и властно проговорил монах.

Мне пришлось взглянуть в небо, окунуться в его звук, вспомнить, как я стал всем и влиться в узор, раствориться в нем, стать каждым камушком и услышать мелодию узора, звучащую черно-белыми мазками нот.

Искры, возникающие из звуков, рассыпались мозаикой, калейдоскопические картинки засверкали росинками на музыке узора. Каждая капля рисунка ярко вспыхивала и мгновенно гасла, терялась в музыке между небом и землей. Звуки сталкивались, падали и вновь взлетали. Вот чей-то взгляд карих глаз, руки, многое сделавшие за свой век, тушенница, кусок особого шелка для письма, кисть, иероглиф «у», женское лицо, изборожденное морщинами, седые волосы, рисовое поле. Скованность, тяжесть, тьма…

Я почувствовал чье-то прикосновение. Открыл глаза и увидел, склонившегося надо мной, монаха. Он помог мне сесть.

- Выпей. Это тебе поможет. – и осторожно поднес к моим губам чашку с чем-то приятным на запах. Впрочем, на вкус, это тоже оказалось приятным. – Теперь расскажи, что ты видел и чувствовал.

Мой рассказ не занял много времени. Монах был неподвижен и внимателен.

- Теперь, подумай, что может связать картинки, а когда будешь говорить, обязательно следи за тем, как каждая картинка отзывается в тебе, и попытайся понять, что ты видел.

Растерянность возникла и закрыла меня.

- Не знаю. Набор каких-то картинок, ничего не значащих.
- Хорошо. Начни с последнего мгновения…

Постепенно я смог рассказать монаху музыку, что возникла искрами в узоре камушков. Он согласно кивал или строго смотрел, как раз в тех местах, где рисунок не вызывал никакого отклика. Когда он был просто серой памятью. Ничем… Пока я рассказывал ему о том, что почувствовал, услышал и увидел, умудрился выпить весь напиток. В какой-то момент даже почувствовал нечто, напоминающее угрызения совести. Но это нечто быстро испарилось, я все-таки очень хотел пить…

Вечером я спросил у монаха, зачем мне все эти странные задания.
- Есть люди, чей разум не раздваивается и кто благодаря этому способен испытывать уважение к духам и быть внутренне правильным… Ты испытываешь боль от разделения. Тебе надо принять себя таким, какой ты стал. На Западе это трудно сделать. И это твоя дорога. Ты – будущий shi. Но будешь им лишь тогда, когда сможешь восстановить единство разума вопреки западной культуре раздробленности.

*****
Через несколько дней меня встретил аэропорт  своим ломаным узором и серыми шорохами. Людские мысли возникали во мне, отражались сухими потрескиваниями, серыми однообразными желаниями и по большей части тягучими, болотными запахами и гудронным водоворотом. Лишь изредка чей-то взгляд дарил солнечный луч или морозную кристальность чистоты…

Леха ждал меня на стоянке.
- Есть хочешь? Или сразу домой? – заводя машину, спросил он.
- Домой. Теть Жень испекла что?
- Не без этого.

И машина понеслась по шоссе к выезду из города. Я вернулся домой. Туда, где пахнет полынью и где меня ждали.

2009-12-13
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #5 : 25 Февраль 2011, 20:02:21 »

Смешной незнакомке 


Тягучее, липкое, склизкое нечто обволакивало меня, забивалось в нос, рот, заглушало все чистые звуки черно-коричневыми жвачными плевками. Чавк… Чавк… Мне не чем стало дышать. Казалось, все мои легкие, сосуды, капилляры наполнились этим чавкающим нечто.

Я откинулся на спинку кресла. Руки мелко подрагивали. В глазах кружились всполохи жидко-резиновой тьмы. Боль… Кое-как поднявшись, прошел в кухню и налил брусники. Легкие мазки рубинового запаха закружили по кухне, сплелись с сиреневой линией вечернего ветерка из окна и тихо стали окутывать меня. Я вдохнул и пошире распахнул окно. Тут же прибежали кошки. Серая, не раздумывая, запрыгнула мне на плечо и обхватила своими лапами мою голову сзади. Приятное покалывание ее коготков на висках понемногу упорядочивало хаотичность звуков, цветов, запахов. Рыжая сидела напротив и смотрела на меня желтыми, круглыми глазами. Не мигая. Пристально. В упор. Опустился на пол. Сил держать серую на плечах не было. Но понимал, пока она не закончит терроризировать мои виски – не спрыгнет. Прикрыл глаза и тут же почувствовал легкий пушистый звук прикосновения. Приоткрыв один глаз – понял, что рыжая лапкой толкает меня. Ясно. Процедура лечения из двух кошек. Значит, рыжая будет смотреть мне в глаза. Придется открывать их.  Я провалился в желтый туман кошачьих глаз…

Белые пушистые звуки сталкивались и начинали покалывать. Я почувствовал тело. Понял, что стало холодно. В кухне было темно. Потянулся, встал и закрыл окно. Надо же, отключился. Кошки вопросительно смотрели на меня. Понятно. Еды требуют. Достал парочку баночек консервов и открыл им. Налил свежей воды. Вспомнил, что хотел ответить одной очень смешной девушке. Девушке, похожей на легкий звук первого снега. Чистой и прозрачной, теплой и солнечной. А может и не девушке, женщине. Бывают такие светлые женщины. Но это – не важно. Она просто есть и она – чудо, которое озаряет своим светом. Смешная… Почему она считает, что людям вокруг все безразлично? Почему ее удивляет проявленное сочувствие? Непонятно…

Зашел в инет и открыл раздел личных сообщений… Улыбайся, смешная Незнакомка. Поверь, людей, которые чувствуют и протягивают тебе свою ладонь, которые просто улыбаются тебе в ответ намного больше, чем этих липких, колючих, замкнутых на себя самих, лизунов. Сообщение ушло, а я – пробежавшись по ответам – вышел из инета и растянулся на полу. Кошки обосновались на мне тихо урча. Перед тем, как провалиться в сон, перед глазами сверкнула мысль – интересно, зачем люди пишут, если за их словами стоит лишь презрение к собеседнику и самому себе?

2011-02-25 15:00
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #6 : 26 Февраль 2011, 11:49:08 »

Окно


Он вышел и попал под дождь… И что? Вы думаете, я сейчас Вам тут расскажу о дожде и небе? Может быть, как знать. А может, и нет. Может быть, он просто вышел и попал под дождь.

Вернулся, принес дождь домой, как подарок, ей. А затем, он вышел в окно, и пил на кухне горький чай, а она в это время летала. Она всегда летала по ночам. Связь была плохой. Наверное. Может, и нет. Может, просто ей хотелось, чтобы он так думал. Но, он не думал, он просто ждал и пил свой горький чай…

Что-то грустно. Настроение у меня сегодня такое, закрытое, как ее окно.
Записан
nairi
Завсегдатай
*****

Карма 1055
Offline Offline

Сообщений: 2131


Под ногами - жизнью брошенный гравий...


« Ответ #7 : 03 Март 2011, 23:41:14 »

Из последнего, что написал Нарелинн...

Цитировать
Бирюзовый чай

Звучал Карлос Сантана. Темно-синяя музыка кружилась и рисовала великолепные узоры, рассыпалась на крошечные осколки, собиралась вновь и кружила-кружила-кружила. Яркие фиолетовые вспышки смешивались с золотистыми каплями, обволакивали их и, сияя, падали на коричневато-шоколадный голос Сантаны…

Мы завариваем чай...

В кухне распространился запах бархатными сиреневыми линиями с чуть серебристыми оттенками. Те ГуаньИнь… Китайский улун… Это бирюзовый чай.

Есть легенда о нем. Один крестьянин каждый день молился Божественной Гуанинь – Богине Милосердия. Однажды она явилась ему во сне и сказала, что на следующий день в лесу он встретит знак, посланный ему свыше. Отправившись по утру в лес, крестьянин увидел чайное дерево, по форме напоминающее статую Богини. Он пересадил это дерево в свой сад и весь год бережно ухаживал за ним. Следующей весной из листьев дерева приготовили чай, аромат и вкус которого были ни на что не похожими. В знак благодарности крестьянин назвал чай в честь великой богини. Его еще зовут чаем Железной Богини Милосердия.

За окном вечер. Мы ставим свечи. Маленькие язычки пламени устремились вверх. Они подрагивали под музыку, меняли свои оттенки и смешивались с линиями чая, принимали оттенок бирюзы и сирени и тихо что-то шептали на своем языке. Музыка огня, чая и блюза наполнила кухню своим очарованием и закружилась в пространстве. Линии переплетались и рассыпались, соединялись вновь и тихо таяли…
Записан

Великий исток изначально прост. (с)
narelinn
Гость
« Ответ #8 : 05 Март 2011, 16:11:24 »

(Внимание! Любые совпадения – всего лишь совпадения, не более.)

Дождь (Ребятам из СР)

 «Позови меня, Небо! Удиви меня правдой.
Я, конечно, не первый, кто летал и кто падал.
И как будто нарочно, ты со мною играешь,
Потому что все помнишь, потому что все знаешь…»
(Агата Кристи «Небо»)

Сегодня идет дождь. Дождь с утра. И Леха сидит, работает. Но, странный он сегодня. Странный. Думает о чем-то своем. Это точно. Агата так и звучит постоянно. Подсунул мне интересные статьи в сети, а сам – ... Странная его особенность – когда необходимо – собирается до предела и выкладывается полностью. Без расслабления. А вот глаза у него – грустные. Не могу понять, почему. Если еще с утра в воскресенье, он жестко не дал мне войти в одно из пространств сети, то неожиданно вчера вечером разрешил. И как всегда, без объяснений. И вот второй день я наблюдаю Алексея с грустным взглядом на меня…

- Димка, кончай фигней страдать, пойдем под дождиком промокнем – в открывшуюся дверь проговорил Андрюха. – Не мешай Лехе. Поднимай свой *** и пошли.

Андрей… Парень немногим старше меня. Но по всем вопросам, заткнет меня за пояс с ходу. Все они здесь похожи друг на друга. Алексей, Андрей, Василий, Николай, Константин… Все… Битые, умеющие вставать, когда любой другой просто не встанет, ценящие жизнь превыше всего, забывающие о себе и собственной жизни ради нас - благополучно и не очень живущих и счастливо улыбающихся. Ребята, видевшие многое, понимающие без слов, имеющие настоящие сердца... Иногда мне кажется, что они более живые, чем все мы. Парни, о ком никогда и ни кто не говорит, те, кто не имеет ни лиц, ни имен, ни званий. Те, о чьей работе ходит много разнообразных слухов и о которой ни кто ни чего не знает.

Накинув штормовку и засунув ноги в кроссовки, я выбежал вслед за Андрюхой. Подзатыльников мне получать не хотелось. Хотя бы ради Алексея. И конечно, как назло, дождь припустил с новой силой. Потоки воды стояли стеной. Земля парка вмиг стала скользкой, ноги ловили ее на каком-то одном им доступном чувстве. А Андрей все бежал, не разбирая дороги. Ну конечно, он решил меня погонять по пересеченной местности… Самое оно – дождь и всяческие елки с кустами и оврагами в придачу. Я уже не понимал, где вода заливает меня, а где мой собственный пот, где я поскользнулся, а где – мне пришлось повторить за Андрюхой перекат… Но вот и долгожданный рубеж. Еще чуть и мне дадут отдых. Мгновение тишины и успокоения.

- Молодец. – тихо сказал Андрей. -  Теперь чуть сбросим темп, и потом будем возвращаться.

***
С неба падала вода. Андрей подставлял свое лицо под струи и улыбался чему-то своему, далекому и родному. Я не мешал его тишине. Дождь замечательно смывал с нас иголки и прочие налипшие недоразумения летней земли. Стоял запах сырости, мокрой хвои, сосновых стволов. Несмотря на такой сильный ливень, в воздухе танцевали солнечные блики. Хотя… откуда бы им взяться? Повертев головой, я понял, что капли солнца - это всего лишь запах мокрых сосен.

Дорожка, по которой мы шли, стала совсем узкой, и мне пришлось идти за Андреем. Неожиданно под моей ногой глухо хрустнула какая-то ветка. Вдали, за сосняком, одновременно с хрустом, раздался хлопок из выхлопной какого-то замученного автомобиля. Я тут же почувствовал толчок и нашел носом какой-то куст. Андрюха резко развернулся и присел. Его лицо было белым. И на этом мертвом лице черными пятнами выделялись глаза. Взгляд был жестким, внимательным, направленным в сторону хлопка. Вся его поза говорила о том, что зверь готов к прыжку…

- Андрей… - тихо позвал я его. – Тихо, Андрюха, все в порядке. Ты – дома…

Андрей медленно повернул лицо ко мне. Мне показалось, что он видит не меня. Я осторожно поднялся и подошел к нему. Присел рядом. Нашел его руку.

- Все в порядке. Слышишь? Все в порядке. Здесь – дом. Слышишь? Ты – дома. Сейчас мы встанем и тихонько пойдем в корпус. Леха нам заварит чай. Ты ведь любишь зеленый чай. Тихо, Андрюха, успокойся. Ты – дома. Дома…

Андрей закрыл глаза. Постепенно напряжение стало покидать его тело. Оперевшись на мое плечо, он медленно и осторожно поднялся.

- Все нормуль, Одуванчик. – хрипло выдавил он - Сигаретки не найдется? Кажется, свои я забыл…

А дождь все лил…
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #9 : 06 Март 2011, 09:57:10 »

«А вот не играйте с масками реальности, пока не научились обращаться с реальностью масок.» (Р.А. Уилсон – Моя жизнь после смерти)

Интересная вещь – закон ОБС – одна бабка сказала. В сети этот закон также работает, как и в жизни. Что наша жизнь? – Информация. Как эту информацию мы получаем? – разговор, статья, наши мысли и наши страхи, наши радости и наши печали, фильмы и книги. Маленький или большой, зависит от человека, погруженного в эту игру смыслами и идеями, клубок. Клубок слов, клубок мыслей и домыслов. Домысел? Додумывание смысла полученной информации. Сколько на эту тему говорилось? Много. Даже фильм есть. Ужастик. Не помню названия. Люди запускают «утку» и чаще всего, натыкаются на реальность происходящего. Самое древнее – «молчание – золото». Слово может сбыться. Маска может оказаться реальностью. Но кто об этом задумывается, когда что-то говорит? И ведь говорят чаще всего то, что думают, то, что имеют в своей этой реальности. Вот только потом, как ком снежный, данная мысль человека обрастает всяческими чужими уже домыслами и словами. И под этим комом очень трудно найти реальность, зерно, которое было изначально.

Вначале было Слово… А потом из слова возник рассказ или даже повесть. А первоначальное слово забылось, растворилось в реальности масок и неожиданно, перед человеком возникает другое слово и другая реальность маски. Мифы, мифотворчество сети и не только сети. «Натура копирует искусство в той же мере, как и искусство копирует натуру» (Уайльд). И вот уже маска превращается в реальность и на нее кто-то надевает новую маску. Круг замкнулся. Домысел, как додумывание, становится мыслью до мысли, но уже иной мысли, мысли иной реальности.

«И много безумия. И ещё больше греха,
И ужас в основе заговора.»(с)
Обычно этим заканчиваются безобидные истории, которые обрастают домыслами, и в итоге, становятся совсем другими историями.

Роберт А. Уилсон "Моя жизнь после смерти". Даже не знаю, почему я взял ее в руки. Так случилось. Или было скучно. Очень понравилось то, что там рассказывается и приводятся примеры (ну куда без примеров?), как работать с информацией и не только с обычной, а, скажем так, несколько странноватой, спорной информацией. На таких примерах прослеживается более ярко все наши выраженные рефлексы на новое или старое некое событие.

Все мы привыкли к большому потоку информации. Даже не замечаем, что такое увеличение награждает нас самым обыкновенным стрессом и, как следствие, неверное или некритичное, скорее всего, второе утверждение, суждение. Мы начинаем идти самым привычным и легким путем. Путем, по которому уже однажды прошли. Ведь другой путь в положении вала информации нам будет недоступен. Его негде будет развернуть. Да и сил необходимо все больше и больше. Какое уж тут суждение? Дай бы расправиться с потоком новостей. Вот здесь и понадобится не Аристотелевская, привычная всем нам логика, исключающая третье, а чуть иная, та, которая имеет в своем багаже и третье и четвертое... Рассказывать - долго. Вот цитата -

Шри Сьядасти: "Все системы в каком-то смысле истинны, в каком-то смысле ложны, в каком-то смысле бессмысленны, в каком-то смысле истинны и ложны, в каком-то смысле истинны и бессмысленны, в каком-то смысле ложны и бессмысленны, а в каком-то смысле истинны, ложны и бессмысленны". (Тайное иллюминатское учение утверждает, что если повторить это высказывание 666 раз, то в каком-то смысле можно достичь Полного Просветления). (с)

Это и есть многомерная логика.

Все мы привыкли читать некие статьи. Но как мы относимся к прочитанному? Чаще всего - двумерно - либо да, либо нет, т.е. либо считаем - ложь, либо - правда. Т.е. живем в категории аристотелевской логики и всегда исключаем третье. Для примера там приведена статья о заговоре тайного правительства (его можно назвать по разному - иллюминаты, масоны, НЛО и прочая). Приводятся факты, подтверждающие истинность статьи и факты,опровергающие эту статью. А вот дальше - дальше дается новое положение. Что это за статья? Возможно, это дезинформация некоего действительного факта, т.е. написана статья таким образом, чтобы у читателя сложилось впечатление "утки" об истине. И данное утверждение также подтверждается примерами. Если "покрутить" написанное, то можно найти и четвертый и пятый и т.д. факты, которые будут не утверждать да-нет. Честно говоря, от таких изысканий у меня в голове образовалась не стройная, логически выверенная система, а некий дымящийся клубок из запутанных нитей.

А дальше, дальше я решил, что раз мы живем в таком скоростном мире, то, возможно, привычно реагируем и на людей. Т.е. судим их с позиции да-нет. А если не то и не другое? Если нам дается информация от человека таким образом, что при невнимательности мы видим лишь нет и забываем, что человек - существо сложное и у него есть также обстоятельства, в грубом варианте - как с авторами тех статей, что пишут о заговорах и инопланетянах.

Когда я невнимателен - я попадаю в ловушку двумерности. Сам закрываю себе новое и отказываюсь от того, что по собственному незнанию посчитал ложным. А ведь, возможно, там был вариант третьего или пятого.

Вот мне интересно, почему человек чаще всего смотрит "в дырку в заборе и видит за забором не слона, а только его какую-то маленькую часть" (с) (А. Уотс- Книга о табу). Потому что он не может посмотреть с другой стороны и увидеть полную картинку? Или потому что ему лень, он устал или ему не хватает сил? Что является определяющим для нашего восприятия окружающего? Что заставляет человека носить шоры, как у лошадей, когда необходимо, чтобы лошадь двигалась лишь туда, куда ее направляет возница?

PS

Для тех, кто желает испытать состояние, после которого требуется полная перезагрузка собственной головы - можно попробовать понять один из моментов относительно недавних споров. Относительно недавних - потому как я слышал об этом в детстве. Все знают или слышали о Карлосе Кастанеде и Доне Хуане. Что это за история? Истина? Ложь? Иллюзия истины? Иллюзия иллюзии истины? Или же можно взять любой другой спорный факт, относящийся к "желтому" факту.

К чему все это? Имея однажды простуду, почитал РАУ. Как раз там и были рассуждения по поводу ОБС, масок реальности и реальности масок, мифотворчества и умения видеть необычное в обычном, а также – критика и внимательность к происходящему рядом. Сразу оговорюсь, книга не имеет ни какого отношения к вопросам жизни и существования после смерти. Она также, как и все его книги, содержит юмор, искрометность фраз и интересные рассуждения о наблюдательности, внимании человека и его игр ума, слов и творчества. Удовольствие от общения с данной книгой – полное.
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #10 : 07 Март 2011, 23:52:30 »

Однажды мой брат прочел мне эти строчки –

Глухая пора листопада,
Последних гусей косяки.
Расстраиваться не надо:
У страха глаза велики.

Пусть ветер, рябину занянчив,
Пугает ее перед сном.
Порядок творенья обманчив,
Как сказка с хорошим концом.

Ты завтра очнешься от спячки
И, выйдя на зимнюю гладь,
Опять за углом водокачки
Как вкопанный будешь стоять.

Опять эти белые мухи,
И крыши, и святочный дед,
И трубы, и лес лопоухий
Шутом маскарадным одет.

Все обледенело с размаху
В папахе до самых бровей
И крадущейся росомахой
Подсматривает с ветвей.

Ты дальше идешь с недоверьем.
Тропинка ныряет в овраг.
Здесь инея сводчатый терем,
Решетчатый тес на дверях.

За снежной густой занавеской
Какой-то сторожки стена,
Дорога, и край перелеска,
И новая чаща видна.

Торжественное затишье,
Оправленное в резьбу,
Похоже на четверостишье
О спящей царевне в гробу.

И белому мертвому царству,
Бросавшему мысленно в дрожь,
Я тихо шепчу: "Благодарствуй,
Ты больше, чем просят, даешь".

Стихи меня поразили… Стихи говорили чувствами. Не образами, хотя, именно образы возникают моментально. Но то, что эти строчки, кроме образов, вызвали еще и обострение всех чувств – стало для меня настоящим шоком.
- Кто? – спросил я его.
- Пастернак. На полке справа.

Я открыл томик и… исчез из старого, столь привычного для меня мира. За его стихами неуловимая картина, та картина, которая рисуется благодаря связи между читателем и автором. Тогда же я по-другому оценил слова, сказанные мне в детстве – Лучшая картина та, что еще не нарисована. И вот, читая Пастернака – я рисовал с помощью его стихов то, что прорывалось вовне… Ощущение картин и красок, чувств и звуков – стихи Пастернака… Мир, разорванный на чувства. Я не столько читал слова, сколько чувствовал всем собой то, что написано… Чувства вырывались изнутри и соединялись в новые, совершенно невероятные картины мира. И в какой-то момент, мир меняется. Больше нет того мира, который был ДО… Мир становится иным, никогда до этого мгновения не виденным…
«Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит…»
Приглушенный свет, зеленый чай с жасмином и томик Пастернака. Тишина, прерываемая лишь звуком мыслей. Тишина, в которой рождаются миры вновь и вновь…
Февраль… Он здесь буйный, ветреный и морозный. Особенно, в этом году… А потом приходит весна и Февраль сгорает, сходит в черноте, в слякоти. Белые покрывала зимы горят под лучами обновленного солнца. Становятся темными, а в сумерках – черными… Всего четыре строчки, а сразу виден буйный февраль и следующая за ним весна, что съедает снег и белизну, и земля предстает перед нами черными проплешинами. Зелень будет потом. А сначала – вот эти островки голой земли, так похожие на обгорелую землю…
«Это – круто налившийся свист,
Это – щелканье сдавленных льдинок.
Это – ночь, леденящая лист,
Это – двух соловьев поединок»
А эта ночь весной?..
=============
Ночь
Идет без проволочек
И тает ночь, пока
Над спящим миром летчик

Уходит в облака.
Он потонул в тумане,
Исчез в его струе,
Став крестиком на ткани

И меткой на белье.
Под ним ночные бары,
Чужие города,
Казармы, кочегары,
Вокзалы, поезда.

Всем корпусом на тучу
Ложится тень крыла,
Блуждают, сбившись в кучу,
Небесные тела.
 
И страшным, страшным креном
К другим каким-нибудь
Неведомым вселенным
Повернут Млечный путь.
 
В пространствах беспредельных
Горят материки.
В подвалах и котельных
Не спят истопники.
 
В Париже из-под крыши
Венера или Марс
Глядят, какой в афише
Объявлен новый фарс.
 
Кому-нибудь не спится
В прекрасном далеке
На крытом черепицей
Старинном чердаке.
 
Он смотрит на планету,
Как будто небосвод
Относится к предмету
Его ночных забот.
 
Не спи, не спи, работай,
Не прерывай труда,
Не спи, борись с дремотой,
Как летчик, как звезда.
 
Не спи, не спи, художник,
Не поддавайся сну, -
Ты - вечности заложник
У времени в плену.

«Мгновенная, рисующая движение живопись» - так определял впоследствии манеру своего письма сам Борис Пастернак.
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #11 : 08 Март 2011, 20:39:36 »

Из жизни кошачьих - Котенок (09-04-29)

- Весь мир в тебе – тихо сказал Котенок…
- Но он большой, а я… Я же маленький… - грустно вздохнув, сказал я.
- Это не страшно… Все в тебе…
- И ты? – удивился я.

Котенок фыркнул и заинтересовался солнечным лучом.

- Я такой же кусочек мира, как и ты, и солнечный луч… - подставив мордочку солнцу промурлыкал Котенок.
- Значит, я тоже в тебе? Ведь я тоже кусочек мира…
- А почему бы и нет? – хитро фыркнул Котенок.
- Тогда… - я задумался… - Тогда, ты должен знать обо мне все… И то, что я тебе хочу сказать – ты можешь знать без слов… Так?
- Бессмысленный вопрос – раздраженно махнув хвостиком, Котенок вспрыгнул на подоконник и уставился в окно… За окном день лучился солнечным светом. Мир радовался.

- Выбор каждый делает сам. И никто не вправе решать за другого, что ему делать… Ты понимаешь меня? – строго и важно проговорил Котенок, оглянувшись на меня.
- Да. Если кто-то решил уйти – это его выбор. Даже если этот уход равен смерти. Он вправе умереть. – я задумался… Что-то не давало мне покоя…

Котенок попытался поймать бабочку… Не поймал… Отвернулся… Бабочка опустилась на мою раскрытую ладонь…

- Котенок, держи… Тебе же нравятся бабочки…
- Нет. Бабочка хотела улететь. Это был ее выбор.
- Хорошо. – я выпустил бабочку в окно.
- А если она будет замерзать? Ей нужно будет позволить замерзнуть? – мне стало страшно.
- Да. Это ее выбор.
- А как же быть с моим выбором? Ведь я же ее увидел и могу помочь. А если она решила умереть – то она просто умрет, независимо от моей помощи. Но я могу сделать свой выбор и помочь…
- Ты потратишь много сил, и все равно все будет бесполезно. Только тебе будет больно. – тихо и ласково проговорил Котенок… - Ты хочешь, чтобы тебе было больно?
- Пусть… Пусть будет больно… Но вдруг мир ждет именно моего выбора? Моего, а не выбора бабочки? Ведь я же увидел бабочку, и мне дали право выбора…
- Ты не должен мешать ее выбору… – важно мурлыкнул Котенок и вновь увлеченно стал рассматривать мир за окном…

Солнечный луч коснулся моего лица… Бабочка вновь вернулась в комнату и кружила вокруг меня… Я улыбнулся ей. Котенок все знает…

Но если он знает все без моих слов, то почему он ни как не поймет, что мне нужно от него? Если весь мир во мне, и Котенок знает об этом, и сам он во мне, тогда…   Я не мог додумать до конца эту конструкцию. Она была какой-то тяжеловесной… Что-то опять мешалось… И этот выбор… Каждый из нас имеет право на выбор. И каждый наш выбор имеет право на свое существование… Только… Вдруг отказавшись от своего выбора мы обрекаем не только себя, но и кого-то другого на  боль и страдания? Нет. Я запутался… Я печально посмотрел на Котенка. Он увлеченно рассматривал мир за окном…

- Почему ты не хочешь сказать мне то, что я жду? Если ты знаешь, чего я хочу…
- Мне надоели твои бесконечные вопросы. Я хочу туда, в мир. Ты перестал быть мне интересен – зло сказал Котенок и выпрыгнул в окно…

Я подошел к окну и посмотрел на мир за окном… Наверное, мои вопросы для тебя были неудобны, раз ты не захотел ответить на них… Вздохнул… Наверное, ты прав, Котенок… И я просто неинтересен и то, что я хотел сказать, тоже  … не имеет никакого значения…

Мне стало грустно, и только бабочка неустанно порхала вокруг меня. Раскрыл ладонь. Бабочка вновь опустилась на ладонь, и ее красивые крылышки распустились и замерли. Мир вдруг хлынул в комнату бурным потоком. Я улыбнулся. Все верно. Котенок, ты просто лишь одна сторона мира, а я – вторая. И когда для тебя бабочка делает выбор замерзнуть, для меня существует возможность выбора подарить бабочке жизнь. Если выбор заключен был во мне – то бабочка будет жить и ты, Котенок, подаришь мне право выбора. Моего выбора. А если выбор бабочки все же в ее смерти, то мне действительно будет больно от этого, и моя боль подарит кому-нибудь право выбора помочь мне... Ни один наш выбор не может быть неверным. Всегда найдется второй, кому необходим был именно такой наш выбор.
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #12 : 10 Март 2011, 08:25:59 »

Безумие снов - Чужая жизнь - Сюрикен

Мне нравилось приходить сюда, в эту деревню. Особенно часто я усаживался перед дверью в дом у самой окраины. Здесь жила семья, потерявшая своего единственного ребенка. Я понимал, что ни чем не смогу помочь понять все, что произошло с этими людьми. Они винили себя в том, что во время не поднялись в горы к монастырю. Я знал, мы не смогли бы спасти девочку. Даже если бы они принесли ее к нам до возникновения ржавой болезни. Ребенок начал умирать сразу же, как только первый в его жизни луч солнца коснулся маленького личика.

Отец выносил мне горсть риса и тихо присаживался рядом. Я тянулся к его сердцу. Ему очень было больно. Снять эту боль – вот что раз за разом меня приводило сюда. На короткое время мне удавалось осветить это усталое сердце. Но приходил новый день и свет в сердце отца сменялся тьмой боли. И снова приходилось начинать все сначала.

Сегодня был мой последний день. Я знал, что умру. Но страха не было. Понимание неизбежности и абсолютное безразличие к собственной судьбе уничтожило страх смерти. Я знал, что нет круга рождений, в который верили крестьяне. Есть лишь краткий миг осознования чего-то большего, чем это тело, в той или иной точке мироздания. Вспышка, затем полное растворение во тьме несуществования и снова вспышка, но уже в другой точке существования.

Я положил руку на землю. Дрожь передалась руке. Значит, тот, который убьет меня, уже здесь. Прислушался. Сзади, за деревом притаился человек. Он в черном. Его не видят крестьяне. Он обладает силой невидимости. Он долго искал меня. И вот, он нашел того, кого искал. Ну что же. Значит, пришла пора изменить свою сущность. Я встал. И тут же  раздался еле слышный звук летящего сюрикена. Еще одного. И еще одного. Резкая боль, как вспышка яркого света, затмила для меня солнце этого дня.
(2010-10-31)
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #13 : 10 Март 2011, 19:58:26 »

Спасибо, Amrita... Но в том, что я стал что-то записывать - заслуга не моя. Брата. Без него - не было бы этого ничего...  Он - самый первый мой читатель и он - самый строгий рецензент.

Безумие снов - Чужая жизнь - Монастырь.

Восходящий поток ослабевал. Широкий взмах крылом. Чуть в сторону и вниз. Вот перьев коснулись новые струи теплого воздуха. Они нежно закрутили волоски, и перья послушно легли на поднимающуюся плоскость. Внизу было темно. И ничто не нарушало утренний покой долины. А здесь первые, еще несмелые и не такие горячие лучи солнца уже пытались играть с воздухом.

Утренний холод окутывал меня своим покалывающим покрывалом. Я прикрыл глаза. Ощущение полета исчезло. Точка в жемчужном небе была птицей. Вдохнул свежесть начинающегося дня и отошел от окна. Очень скоро проснутся люди, и двор потихоньку наполнится сначала шорохом, а потом гулом голосов. Пора. Поискал взглядом чан с водой.  Ночь была холодной, и вода промерзла почти до дна. Дотронулся до шероховатой корочки ладонями. Сосредоточился на чувстве льда. Много усилий не потребовалось. Горячий поток разлился по рукам, коснулся колючей поверхности и проник в замерзшую воду. Раздались тихие потрескивания и, вот уже вместо льда в чане была холодная вода. Я сполоснул лицо.

С улицы послышался мерный стук деревянных сандалий. Это ученики пошли за водой. Шелест голосов заставил меня вновь подойти к окну. У ворот монастыря что-то нашли. Я направил все внимание на тихие голоса и потянулся к ним. Резкая боль пронзила все мое тело. Страх. Отчаяние. Желание найти тепло. С трудом вернул внимание назад. Похоже на брошенного ребенка. Опять принесли к монастырю ребенка. Опять бросили. Почему эти люди не понимают, что ночью ребенок может замерзнуть? Сколько их уже было, тех, что не выдержали ночных морозов? Этот, похоже, выдержал. Ну что же, будет еще один послушник.

Пора спускаться вниз. Настоятелю необходимо помочь встать. Я отодвинул тяжелую занавесь из шкуры и вышел в коридор. Сюда еще не проникли лучи солнца. Было темно и неуютно. Но мои ноги знали здесь каждый камушек, каждую выбоинку. Вот и лестница. Быстро взбежал вверх и сосредоточился на чувстве настоятеля. Послышался тихий звон колоколец, затем меня окутало ласковое тепло, и возникла потребность войти.  Разрешение получено. Я вошел. Настоятель сидел на постели и ласково смотрел на меня. Я знал, что все мои утренние мысли ему уже известны. Нет тайн. Нет непонимания.

Внизу вернулись ученики с водой. Их веселые голоса звучали в утреннем воздухе и извещали всем о начале нового дня.
- Сегодня опять нашли ребенка у ворот. – тихо сказал я.
Настоятель кивнул мне и, оперевшись на мое плечо, посмотрел в окно. Потом повернулся, и мы медленно стали спускаться в зал для молитв.


© Copyright: Нарелинн, 2010
Свидетельство о публикации №21010310166
(Если вдруг кто-то решит, что это не мои рассказы  )

(2010-31-10)
Записан
narelinn
Гость
« Ответ #14 : 13 Март 2011, 00:11:01 »

Нареллин, твои зарисовки очень образные , как будто ты или кто-то это все когда-то пережил. Как думаешь может это твои маленькие жизни или ветер доносит до тебя чьи-то переживания?
Может быть.  Жизнь ведь интересная штука. В ней бывает все 

Радуга для Сонечки

У одной девочки был друг. Ёжик...

Девочка никогда не забывала наливать ему молочка в блюдце, а ежик часто приносил ей из леса сладкую землянику. Лето катилось, как колобок по дорожке. Девочка улыбалась ежику.

Однажды, малышку и ежика увидел вместе соседский мальчишка.

- Почему ты дружишь с ежиком? – спросил он у нее.
- Ежик – хороший. – ответила девочка.
- Но он же не похож на нас, людей. Как может быть тебе другом тот, кто не похож на тебя?
- Все равно – он хороший – чуть не плача прошептала малышка. Потом повернулась и пошла к лесу.

Ей было очень горько, что сосед не увидел, какой же на самом деле ежик. Девочка сидела на полянке у леса и смотрела на небо. Там появилась красивая радуга. Ежик подбежал к девочке и ткнулся своим носиком в ее ладошку.

- Тебе нравится радуга? – спросил он ее.
- Очень. Она разноцветная – улыбнулась девочка. – Мама говорит, что радуга соединяет землю и небо.
- Вот видишь. Даже радуга, которая соединяет землю и небо, имеет много цветов. Ты не обижайся на него. Ведь дружить могут разные существа. Даже совершенно не похожие друг на друга. И их дружба всегда похожа на такую радугу. Он просто еще не встретил своего настоящего друга. – и ежик, лизнув девочку в нос, быстро побежал в лес. – Меня ждут дела. А тебя, наверное, заждались мама и папа. Мы обязательно встретимся завтра.

Девочка помахала ежику и, счастливо улыбнувшись радуге, побежала домой.

- Мамочка! Ежик сказал, что наша дружба похожа на радугу! – радостно сообщила она маме.
- Да, малышка, настоящая дружба всегда похожа на радугу. Твой ежик очень мудрый друг – улыбнулась мама и погладила дочь по головке. – А теперь - молоко и спать. Завтра, вы с ежиком вновь подарите этому миру свою сверкающую дружбу.
Записан
Страниц: [1] 2 3 4   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

 
Каталог КУБАНЬ.ру     ќ§®вҐаЁЄ  ў ђ®бв®ўҐ   Каталог Ростова     Каталог ресурсов
 
Powered by SMF 1.1.8 | SMF © 2006-2008, Simple Machines LLC